Follow by Email

вторник, 17 декабря 2013 г.

Свобода слова в благополучном обществе.

Согласно популярной сегодня точке зрения принято считать, что каждый человек свободен высказать публично любую (даже вредоносную) мысль, а средства массовой информации свободны эту мысль растиражировать, те же, кто не согласен, свободны выразить протест. В результате такой свободы развивается гражданское общество. Это, якобы, и есть высшее достижение человечества.
Давайте подумаем, а правда ли так уж важна перманентная возможность объединяться посредством гражданских акций в пику идейным оппонентам? Не важнее ли научиться объединяться для общего дела, например, для построения благополучного общества?

Представим, что в некотором коллективе люди договорились построить дом, чтобы улучшить свои жилищные условия. Выбрали место, разработали проект, консолидировали строительные ресурсы и приступили к закладке фундамента.
Вдруг посередине рабочего процесса адепт абсолютной свободы слова начинает бить в вечевой колокол и заявляет:
- Стойте! Зачем вы тут возитесь в грязи? Есть альтернатива!
- Нужно отделиться от этой стройки и присоединиться к другой (в соседнем обществе), там уже два этажа построили, а на третьем всем строителям обещают дать по отдельной квартире!
Строители, кто в смущении, кто в возмущении разделяются на противников и сторонников отделения и выходят на митинги. А дело стоит.
У тех же, кто дом свой достраивает и куда зазывает смутьян-сепаратист, другая практика свободы слова. В том обществе отнеслись к свободе слова как к строительному инструменту, у которого, как у всякого устройства, есть свои правила эксплуатации.
И вот, согласно правилам эксплуатации свободы слова, в этом обществе сначала обсудили возможные проекты будущего строительства и сделали выбор с учётом перспективы дальнейшего развития. После этого спланировали работу и приступили к реализации строительства, а чтобы никто делу не мешал, свободу слова на время ограничили.
По завершении строительства расширили границы свободы слова и подвели итоги: обсудили ход строительства, поощрили лучших тружеников и вынесли порицание разгильдяям. В конце подведения итогов обсудили практику владения свободой слова и, если нужно, усовершенствовали правила её осуществления.
Возвращаясь от абстрактных примеров к реальности, хочется вспомнить, что наша история знает примеры не только полноценного владения своей свободой слова, но и противодействия чужой. С разной степенью успешности такую практику применяли и в советской, и в досоветской России, а развивать навыки суверенного владения свободой слова перестали с приходом горбачёвской гласности.
Какие же выводы из всего этого следует сделать?
Во-первых. Абсолютная, ничем не ограниченная свобода слова – это чужая свобода и для развития своего общества она вредна.
Во-вторых. Для развития своего (а не чужого) общества необходим органичный синтез свободы слова с другими атрибутами гражданского общества, в том числе с обязанностями и ответственностью.
В-третьих. Нам нужна наша ОТЕЧЕСТВЕННАЯ свобода слова, а чужая свобода слова должна быть возвращена её владельцам.
А раз так, то давайте разберемся, где же лежат границы, в рамках которых свобода слова целиком наша, и за пределами которых свобода слова становится чужой?
Может ли свобода слова быть полезна? Да, безусловно. А, может ли свобода слова причинить вред? Увы, и это возможно. Посему вопрос о границах свободы слова это вопрос осознания полезного и вредного, то есть вопрос о добре и зле, а, если говорить более приземлено – вопрос идейный.
В силу того, что идея об абсолютной свободе слова в деле построения благополучного общества особыми успехами не блещет, есть смысл раскрыть содержание идеи о разумном управлении свободой слова, согласно которой, свобода слова это вовсе не священная корова, не незыблемый абсолют и не царевна недотрога. Свобода слова это инструмент в руках любого суверенного народа, а значит и в наших руках, которым нам можно и должно пользоваться в своих интересах.
Если же мы вознамеримся отказаться от управления свободой слова на своей территории, то этой свободой и дальше будет пользоваться кто угодно, в том числе «третьи лица». Третьи же, как гласит русская пословица, обычно лишние… И, скорее всего, эти «третьи» станут использовать нашу свободу слова в своих интересах, а эти интересы могут не совпасть с нашими, ибо кроме русской традиции «Сам погибай, а товарища выручай» на планете Земля встречаются и другие культуры взаимоотношений между людьми, в том числе и та, согласно которой в трудную годину принято говорить, – извините, «Боливар двоих не вынесет».
При этом, ни универсальность, ни общепринятость свободы слова здесь ни при чём. Главные вопросы, которые сегодня стоят перед нами, это вопросы о том, – в праве ли культура «одинокого Боливара» оккупировать нашу территорию? И, – как нам защитить свой монастырь от чужого устава?

При принятии любого даже самого малозначительного решения: как поступить в той или иной ситуации?, или как отнестись к тому или иному событию?, всегда важны два обстоятельства – достоверность и достаточность информации для всесторонней оценки ситуации.
Из этого обстоятельства вытекает первая общественно значимая граница и первая общественно значимая задача свободы слова – запрет на ложь и императив на правду. То есть, любой человек, который берется говорить публично обязан воздержаться от ложных (непроверенных) утверждений и должен (насколько это возможно) говорить правду. При этом, чтобы избежать добросовестных заблуждений и воспринимать предположение как предположение, а не как свершившийся факт, степень достоверности информации, обсуждаемой в средствах массовой информации, должна внятно оговариваться.
Наряду же с полнотой и достоверностью информации важнейшим её качеством является актуальность информации во времени. Иными словами, как дороги ложка к обеду, а алиби до исполнения приговора, так и любая информация дорога ко времени принятия соответствующего решения.
Своевременность, полнота и достоверность информации имеют ключевое значение для принятия взвешенных государственных решений и возлагают на всех участников публичной дискуссии особую обязанность проявлять сдержанность, последовательность и честность. В этой связи на лиц, наделенных властными полномочиями, возлагается особая миссия проявлять государственную мудрость в принятии решений и гражданское мужество в признании ошибок. Без всего этого свобода слова может превратиться в хаос, по сравнению с которым базарная суета (или невидимая рука рынка) покажется лучшим порядком мироустройства.
Для всестороннего понимания роли свободы слова в системе общественных отношений, в дополнение к сказанному, уместно применить сравнительную аллегорию и рассмотреть свободу слова в качестве ювелирного украшения, подчёркивающего индивидуальный образ нашей цивилизации.
Как драгоценный камень заключен в оправу ювелирного украшения, так и фундамент свободы слова в русской традиции заключен в три общественно значимые границы: правдивость, полноту и своевременность. При этом всякое ювелирное украшение кроме конструкции, удерживающей драгоценный камень, несёт в себе ещё и функционально-художественный замысел. Согласитесь, бриллиант, впаянный в кусок золота и диадема, достойная украсить голову венценосной особы, это разные вещи. Так и в вопросе выбора формы свободы слова, кроме фундаментальных удерживающих основ имеют значение её функциональный и художественный замысел.
Не правда ли, гораздо приятней слышать внятную членораздельную речь из уст собеседника, владеющего чувством такта и этикой общения, нежели слушать «правду матку» в хамском исполнении? Такт и этика коммуникации делают общественную дискуссию продуктивней, именно благодаря ним возможно достичь полезных договоренностей или принять взвешенные решения. А если будет так, то и каждый грядущий день будет прожит не зря.
Возможность же достижения договоренностей между людьми обусловлена совместимостью их нравов или наличием общих нравственных начал, составной частью которых и является избираемая форма свободы слова. Без нравственных начал свобода слова может быть яркой и блестящей как гей-парад, но останется, увы, бесплодной.
Таким образом, для поступательного развития и реализации всех созидательных потенциалов нашего общества, свобода слова у нас должна быть заключена в удерживающие границы правдивости информации, её полноты и своевременности, которые в свою очередь должны содержать ТАКТ межличностного общения, ЭТИКУ ведения общественной дискуссии и НРАВСТВЕННЫЕ НАЧАЛА БЫТИЯ.

Если мы желаем благополучия нашей стране, нашим детям, нашим внукам и их внукам тоже, то вот такую свободу слова, нам и надлежит обрести. А абсолютную, ничем не ограниченную свободу слова нужно вернуть загранице, дополнив её правилом о товариществе и общем благополучии для всех.

четверг, 21 февраля 2013 г.

Философия благополучного общества о Человеке

В предыдущей главе мы установили, что МИР ДАН ЧЕЛОВЕКУ, ОН ЕСТЬ И ОН НАШ.
Что же тогда есть Человек в Мире?
Отвечая на этот вопрос, следует правильно понимать его суть. Вопрос сформулирован именно так – ЧТО ЕСТЬ ЧЕЛОВЕК В МИРЕ? Не что есть человек?, а, именно – что есть Человек в Мире? Мир и Человек едины, нет Человека вне Мира и Мир без Человека – не Мир. Мир есть данность Человеку, который сам есть Мир в Мире. Не часть Мира, но Мир в Мире. Мир живой и Человек живой, Человек связан с Миром и Мир связан с Человеком и все «одним Миром мазаны». Таков философский вопрос и таков философский ответ философии благополучного общества на вопрос о Человеке.
Человек есть То, чему ДАДЕН МИР, и есть то, что без Мира – ничто.
Однако, единство Мира и Человека характерно как нераздельностью оных, так и их неслиянностью. Неслиянность Мира и Человека позволяет Миру явить свою гармонию и красоту, а Человеку даёт Свободу быть Человеком. Как только сольются Мир и Человек не будет ни Того, ни Другого.
Те определения, которые дает философия благополучного общества Миру и Человеку, порождают ряд производных от них вопросов, а именно:
- если Мир есть данность Человеку, то Кем эта данность дадена?
- если Мир есть данность Человеку, то от куда эта данность у Того, Кто дал Человеку Мир?
- какова взаимосвязь Дателя Мира Человеку с Миром и Человеком?
- что ещё кроме Дателя, Мира и Человека существует?
Возможно, кому-то вопросы покажутся абсурдными, поскольку видимая глазом реальность такова, что есть Мир, есть Человек и что ещё кроме Мира и Человека может существовать?, а главное где?
Подобный вопрос проистекает из того, что отображение Мира в сознании Человека имеет трёхмерное измерение, а процесс отображения разворачивается во времени.
Человеческое сознание и свойственная природе Человека устремленность к проникновению в суть вещей и познанию истины, исследуя видимую часть Мира, породили весьма стройное научное знание о математике (гимнастике ума), в котором весьма убедительно доказано существование одномерного измерения Мира (прямая линия), двухмерного измерения Мира (плоскость) и трёхмерного измерения Мира (пространство). При этом, чтобы обнаружить плоскость, находясь в границах прямой линии, необходимо выйти за границы одномерного измерения, а для того, чтобы обнаружить трёхмерное пространство, находясь в границах плоскости, необходимо выйти за её границы.
Очевидно, что если бы Человек обладал способностями выходить за пределы трёхмерного пространства, то обнаружил бы пространство четырёхмерное, а за его границами – пространства высших порядков. Мир невидимый сокрыт от глаз, но отрицать его наличие есть банальная глупость.
Мир даден Человеку, но способности Человека видеть Мир ограничены, посему любым критикам философии благополучного общества следует задуматься вот над каким вопросом: как можно трёхмерным рациональным сознанием обнаружить Дателя Мира (с бесконечным числом измерений)? Очевидно, что ни как. А раз рациональным путём обнаружить Большее нельзя, то, как можно этим самым рациональным «трёхмерным» умом отвергать Его наличие?
Что же делать с невидимой частью Мира? Можно ли хоть каким-то образом получить представление о ней? Думаю, что каждый волен ответить на эти вопросы для себя по своему усмотрению, я же исхожу из того, что Человек есть Мир в Мире, а, следовательно, и в Человеке столько же измерений сколько измерений в Мире. Мы освоили три измерения Мира и о самих себе мыслим как о трёхмерных Мирах, но та наша часть, которая находится за пределами трёхмерного измерения, она тоже существует, она функционирует и взаимодействует с той частью Мира, которая сокрыта от наших глаз. Так что, физическая возможность исследовать Мир невидимый существует, но принято эту возможность называть метафизической, чувственной, иррациональной.
Итак, Мир даден Человеку, но Человек видит только часть Мира, из чего вырастает очередной философский вопрос:
- всеволен ли Человек в своём обладании Миром?, управомочен ли Человек на вседозволенность в действиях по отношению к Миру? или надлежит Человеку придерживаться правил поведения в Мире и обладания Миром?
Ответ на поставленный вопрос мы можем найти, исследуя человеческое общество и взаимоотношения между наследодателем и наследователем, а так же институт дарения.
Кроме самих объектов и лиц, участвующих в названных действах, имеют место взаимоотношения людей, качественное состояние которых и позволяют свершиться актам дарения или наследования. В первом случае это ДОБРЫЕ ОТНОШЕНИЯ между дарителем и одариваемым, а во втором случае это РОДСТВО (родственные отношения, без относительно кровности родства) наследодателя и наследника.
Хотел ли кто-либо из вас, уважаемые читатели, передать в руки наследников плоды всей своей жизни, которые оные бы их промотали или забросили в запустение? Очевидно, что нет, но каждый созидавший добрые плоды хотел бы, чтобы наследник продолжил и развивал начатое вами созидательное дело.
Из всего сказанного следует резонный вывод о том, что правила владения Человека Миром существуют. Каковы они – эти правила? Ответ на этот вопрос вытекает из очевидности ДОБРОТЫ ОТНОШЕНИЙ Дателя Мира к Человеку и Их РОДСТВА. К Миру Человек должен относиться также – ПО-ДОБРОМУ и ПО-РОДСТВЕННОМУ.
Подведём краткий итог размышлений.
Мир и Человек едины, при этом нераздельны и неслиянны.
Способности Человека к рациональному познанию Мира ограничены, у мира есть видимая и не видимая его часть, но возможность познавать Мир невидимый существует.
Мир даден Человеку Дателем, который ждёт от Человека ДОБРОГО ОТНОШЕНИЯ к Миру.
Отношения Дателя Мира с Человеком имеют РОДСТВЕННУЮ ПРИРОДУ.

ФИЛОСОФИЯ БЛАГОПОЛУЧНОГО ОБЩЕСТВА

Этимология слова «философия» раскрывает нам суть этого ЯВЛЕНИЯ ЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ПРИРОДЫ.
Филио – любовь, софия – мудрость. Сколько ликов у любви, столько ликов и у философии, тем не менее, касательно любви – у каждого человека есть своё представление о НАСТОЯЩЕЙ ЛЮБВИ, а, следовательно, у каждого человека есть своё представление о НАСТОЯЩЕЙ ФИЛОСОФИИ.
Настоящей работой поставлена цель – сформулировать такой представление о «настоящей философии», которое смогло бы найти отклик у всех людей, искренне желающих себе и своим потомкам благополучного будущего в обществе благополучных людей.
Философия в данной работе представляется именно как явление человеческой природы, как продукт извечного желания человека проникнуть в суть вещей и познать истину, при этом определение философии как науки, изучающей наиболее общие законы развития мира и человека, не отвергается, но видится как часть более широкого определения.
Много ли человеку нужно для счастья? Ответы на этот вопрос путника, много дней шедшего в пустыне, и туриста, отдыхающего на фешенебельном курорте, наверняка, будут отличаться. Но суть философии благополучного общества состоит в том, что её обладатель способен в равной степени понять и путника, и туриста в их стремлении к счастью, а также  помочь им в этом их устремлении, даже если кто-то из них стал жертвой банальных заблуждений.
Чем отличается философия благополучного общества от философских изысканий классических философов (материалистов, идеалистов и др.)? В классической философии построение философских конструктов зиждется на утверждении одного из возможных ответов на классический философский вопрос о первичности одного из элементов дуальной пары – материи и сознания (идеи).
В поисках философии благополучного общества мне представляется необходимым уйти от этой классической умозрительной схемы и к этому призывает один неоспоримый факт – за всю историю классической философии человеческое общество всё еще находится в поисках благополучия своего бытия. Но сделать шаг в сторону от устоявшейся философской классики следует, прихватив с собой багаж её наследия, поскольку это наследие тоже есть этап поиска истины и проникновения человечества в суть вещей.
Познаваем ли мир у Канта? Таков один из распространенных вопросов к поступающим в аспирантуру на вступительных экзаменах по философии. Как мне представляется, этот вопрос задается неспроста, поскольку сам Иммануил Кант (родоначальник немецкой классической философии) при поиске ответа на него столкнулся с парадоксом, и парадокс этот можно сформулировать, расширив сам вопрос и сформулировав его несколько определенней: ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК ЕСТЬ ЛИШЬ ЧАСТЬ МАТЕРИАЛЬНОГО МИРА, ТО СПОСОБНА ЛИ ЭТА МАТЕРИЯ К САМОПОЗНАНИЮ? ИСТИННО ЛИ ТО ЗНАНИЕ, КОТОРОЕ РОЖДАЕТ СОЗНАНИЕ ЧЕЛОВЕКА В ТАКОМ СЛУЧАЕ? НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ЛИ ЗНАНИЕ ПЛОДОМ ПУСТОЙ АБСТРАКТНОЙ ФАНТАЗИИ?
Первая группа вопросов, на которые отвечает философия благополучного общества – есть вопросы о том, что такое есть Мир и что есть Человек в этом Мире?
Философы просвещённой Европы по-разному отвечали на этот вопрос. Кто-то утверждал, что МАТЕРИЯ первична и человек есть высшая форма организации материи, которая в процессе эволюционного развития приобрела высшее свойство – сознавать (познавать) окружающую действительность. Кто-то утверждал, что прежде материи было СОЗНАНИЕ (ИДЕЯ о материи), которая и привела к появлению самой материи, пропитав её высшую форму (человека) способностью к познанию мира. Позднее появился третий подход к разрешению вопроса о первичности МАТЕРИИ или СОЗНАНИЯ,  который заключался в том, что материя и сознание, по мнению этих мыслителей, равнопервичны. На этом глубина философского понимания мира в Европе была исчерпана. Справедливости ради, следует отметить, что на Западе были мыслители, которые, обнаруживая несовершенство этих трёх философских конструктов, пытались проникнуть за пределы этих систем философских координат, но, как правило, их изыскания становились так называемым «тайным знанием», которые по правилу таинства могут быть открыты только специально подготовленным «посвещённым» лицам. В связи с чем, анализ данных изысканий я исключил из своей работы, носящей абсолютно открытый, публичный характер.
Изучая человека, человечество построило ряд научных знаний о человеке и человеческом обществе. Анатомия человеческого тела, медицина, психология, социология, политология, экономика, история и, конечно же, юридическая наука. Но, не смотря на обширный объем научных знаний, накопленный человечеством, человеческое общество ни как не может избавиться от таких противоестественных явлений, как войны, убийства, подлость, обман, предательство и многих других. В этой связи сам собой напрашивается вопрос, – достаточен ли рациональный инструментарий познания мира и человека для полноценного понимания бытия, для гармоничного построения благополучия в человеческом обществе?
Второй закон диалектики утверждает, что всякие количественные изменения влекут за собой изменения качественные, и с этой точки зрения вполне возможно предполагать, что достаточно большое число проб и ошибок может привести человеческое общество к гармонии бытья и преодолению тех противоестественных явлений, о которых мы упомянули выше. Но, хватит ли человечеству времени, чтобы пройти этот рациональный диалектический путь? Не поджидают ли на этом временном отрезке испытания, которые способны уничтожить всё человечество, до того, как оно познает гармонию бытия и воплотит её в свою жизнь?
Не имея возможности получить достоверный рациональный ответ на выше поставленные вопросы, поскольку рациональный путь познания требует эмпирического (опытного) подтверждения (а опыт с риском уничтожить себя человечество разумное должно бы отвергнуть), полагаю, что следует прибегнуть и к иррациональному (чувственному, интуитивному) способу проникновения в суть вещей для поиска ответов на них.
На первый вопрос о том, – что есть Мир? Философия благополучного общества отвечает следующим образом: Мир есть бесконечная данность с бесконечным числом мироизмерения. Материя и идея Мира едины и нераздельны, образуя бесконечно гармоничную, живую и вечную данность (в противном случае места для философии благополучного общества в мире просто нет).
Существенным в определении Мира является термин ДАННОСТЬ, иными словами Мир есть то, что нам людям ДАНО. Мир нет необходимости завоёвывать, брать силой (отринув ожидания милостей от природы).
МИР ДАН, ОН ЕСТЬ И ОН НАШ.
(продолжение следует)